Описание Действие происходит в середине 1920-х годов. Карл Окерблум, непризнанный изобретатель, забрасывающий патентные ведомства своими предложениями, после очередной неконтролируемой вспышки гнева находится в лечебнице. Там он знакомится с безумным профессором Фоглером. У Карла рождается гениальная идея первого в мире звукового фильма. Выйдя из больницы, он со своей невестой снимает фильм, однако крупные фирмы не проявляют к нему интереса. Поэтому ему приходится самостоятельно разъезжать по городам и весям, демонстрируя свой шедевр…

Премьера (мир): 1 ноября 1997

Связи:
Упоминается в
1.
2.
 


Из книги «3500 кинорецензий»:
Философская трагикомическая ретро-притча (8.5/10)

Почему-то считалось, что великий шведский мастер кино Ингмар Бергман целую четверть века не снимал фильмы, хотя называемая его самой последней киноработой картина "Фанни и Александр" изначально была телесериалом, и режиссёр поставил в 80-е годы ещё две документальных и две игровых ленты ("После репетиции" и "Двое блаженных") для телевидения. А после значительного перерыва, связанного, в первую очередь, с литературной деятельностью, он опять вернулся на съёмочную площадку. И в возрасте 79 лет снял "В присутствии клоуна" (таково международное название этого телефильма), который смело можно было воспринимать отнюдь не в качестве "лебединой песни" и своеобразного завещания классика мирового кинематографа (к тому же Бергман потом создал "Сарабанду"), а как по-молодому дерзкое и язвительное произведение автора, в открытую посмеивающегося над собственным творчеством.
С одной стороны, в картине "Фигляр, шумящий на помосте" присутствуют, кажется, все сквозные мотивы кинематографа Ингмара Бергмана, но, прежде всего, она выстраивается в один ряд с такими работами, как "Вечер шутов", "Лицо", "Дьявольское око", "Ритуал", "Из жизни марионеток", где трагикомизм и карнавальность восприятия действительности могут вдруг обернуться подлинным трагизмом, который буквально пронзает всё твоё естество ощущением невероятной близости смерти. Вот и здесь попавший в психиатрическую клинику 54-летний инженер Карл Окерблум, который одержим обстоятельствами болезни и смерти знаменитого композитора Франца Шуберта, а также идеей создания в 20-е годы XX века живьём озвучиваемого кино, в редкие моменты своих видений встречается лицом к лицу с неким андрогинным существом в костюме клоуна и с белым гримом. И невыносимый ужас охватывает не только его, но и словно нисходит в зрительный зал. Глубинное отчаяние героя, особенно в финале, оказывается вполне сопоставимым по силе воздействия с самыми трагическими эпизодами из бергмановских шедевров – "Молчание", "Персона", "Стыд", "Шёпоты и крик".
Но с другой стороны, "Фигляр, шумящий на помосте" – порой на редкость смешной, ёрнический, хулиганский фильм (достаточно сказать, что сам Ингмар Бергман появляется мало кем узнанный в качестве одного из сумасшедших в клинике), который наполнен массой пикантных самоцитат. Весьма словоохотливый психиатр в бравурном исполнении Эрланда Юсефсона (фактически он был бергмановским "альтер-эго" в течение нескольких десятилетий), конечно же, носит излюбленную шведским мастером фамилию Фоглер. Это сразу отсылает нас к "Лицу", где фокусник Фоглер, который странствовал со своей труппой по Швеции в XIX веке, являлся словно предтечей "новых авантюристов" в лице Карла Окерблума и Освальда Фоглера, дающих выездные представления тоже с претензией на магию. Искусство "волшебного фонаря", к которому пристрастились фигуранты под руководством Окерблума, неизбежно вызывает в памяти соответствующие эпизоды из ленты "Фанни и Александр". А младшей сестрой восторженного изобретателя "говорящего кинематографа" оказывается героиня по имени… Карин Бергман (так звали бабушку Ингмара Бергмана), причём играет её, как и настоящую мать Бергмана в экранизации его романа "Благие намерения", та же Пернилла Аугуст. Кстати, Карл Окерблум появлялся среди персонажей "Благих намерений", а кроме того, Бёрье Альстедт, исполнивший эту роль, был задействован в фильме "Фанни и Александр".
Для самого Ингмара Бергмана тема шутовства, актёрства, магического преображения реальности в искусстве – это всегда своего рода вызов против ленивого и сытого буржуазного существования, внезапный прорыв к вечным истинам даже тех, кого считают безвольными марионетками. И то, что смерть рядится в одежды клоуна и неотступно преследует горячего поклонника творчества и радости жизни в любых её проявлениях, стремясь остудить его дерзновенные, хотя порой наивные порывы, медленно сводя с ума и приближая неизбежную кончину, это отнюдь не противоречит бергмановской концепции свободы художника и его неоценимой роли в изменении окружающего мира пусть всего лишь на несколько мгновений выдуманного действа.
Как уважительно и искренне благодарили актёров-любителей несколько провинциальных жителей, которые наблюдали отыгранный с грехом пополам "киноспектакль" заезжих гастролёров, а потом степенно и в некоторой задумчивости разошлись по своим домам! После этого и самим фиглярам можно спокойно, со знанием исполненного долга возвращаться хоть в приют для умалишённых, где уже без прежней мучительной тревоги дожидаться очередного ночного явления смертоносного клоуна. Вспомним, как в ситуации словно перед концом света спасались бродячие комедианты в "Седьмой печати", чета музыкантов в "Стыде", цирковой артист и певичка кабаре в "Змеином яйце"… Даже искусство, которое тронуто душевной или иной болезнью и находится в непосредственной близости от смерти, всё равно предпочтительнее, чем заурядное прозябание "в отсутствии клоуна".
Ингмар Бергман, давно обеспечивший себе место в истории мировой культуры, даст фору в этой предпоследней экранной работе многим более молодым постановщикам. "Фигляр, шумящий на помосте" по своей оригинальной стилистике виртуозного условного минимализма вполне годится в образцы постмодернистского искусства, но по способу мышления, а главное, по глубине постижения человеческих судеб и внушения нам чувства подлинного потрясения – это типичная классическая драма о горделивом противостоянии человека самому Року. Поэтому не случайно, что и предваряется она цитатой из "Макбета" Шекспира: "Жизнь – только тень минутная; фигляр, / Свой краткий час шумящий на помосте, / Чтобы потом навек затихнуть; сказка / В устах глупца, где много звонких фраз, / Но смысла нет". Это сразу задаёт повествованию высокое измерение, которое, безусловно, оправдывается в лучшие моменты фильма Бергмана.
1999

  • Загрузить программу для скачивания торрентов
  • Что такое magnet-ссылка

  • Поиск торрент раздач, пожалуйста подождите!



    0 комментариев

    Добавление комментария

    • Введите слова