Описание Феодальная Япония, кланы борются за единую власть. Подвиг самураев – пример и руководство к действию. И вот в один из отрядов поступает молодой новобранец. Длинные волосы, девичье лицо, одежды нежных оттенков… В результате голубой молодой воин свел с ума большую часть войска, вызвав немало ссор и даже убийств.

Сборы в США: $114 425
Премьера (мир): 18 декабря 1999
Рейтинг кинокритиков: 6.6 (67%, 14 + 7 = 21)

Награды:
Приз Японской киноакадемии дебютанту года (Рюхэй Мацуда), 4 премии "Голубая лента" журналистов Японии – за фильм, режиссуру, второплановую мужскую роль (Синдзи Такэда) и актёру-новичку (Рюхэй Мацуда), приз "Кинема дзюнпо" лучшему начинающему актёру (Рюхэй Мацуда) по итогам 2000 года.

Каннский кинофестиваль, 2000 год
Номинации (1): Золотая пальмовая ветвь

Из книги «3500 кинорецензий»:
Историческая экзистенциальная притча (8.5/10)

18-летний юноша Содзабуро Кано, поступив в 1865 году в самурайский отряд ополчения, превратился, можно сказать, в "смутный объект желания" для нескольких воинов, соблазняя их своим женственным личиком и длинными волосами, которые отказывался обрезать, так как дал некую клятву, и вообще он лично одержим запахом крови и желанием убивать.
Данная работа 67-летнего классика японского кино Нагисы Осимы, хоть и не снимавшего игровые картины долгих 13 лет по финансовым причинам и в связи с перенесённым инсультом, является по своей сути экзистенциальной притчей о крахе вековых самурайских порядков и кодексов чести. "Табу" (всё-таки это – типично европейское слово, а был бы, пожалуй, удачнее перевод "Запретное") ошибочно воспринимается как гей-кино о тайных страстях в самурайской среде. Или же видится японским вариантом философского запутанного детектива в духе романа и фильма "Имя розы", поскольку ставит многих в тупик своим странным финалом, который будто бы переводит всё происшедшее в область мистически-образного и запредельного, что, к тому же, вполне соответствует восточной буддистской традиции. И тогда юного и красивого Содзабуро следовало бы интерпретировать в качестве призрака, исполняющего одному ему ведомую миссию.
Можно вспомнить, что и в творчестве самого Осимы уже был образец мистической любовной истории (в японском оригинальном варианте "Призраки любви", а в международном прокате – "Империя страсти"), словно продолжении "Корриды любви" / "Империи чувств". Однако куда полезнее проводить аналогии с его следующей лентой "Счастливое Рождество на фронте" / "Счастливого Рождества, мистер Лоренс" – и не только из-за возникновения мотива гомосексуального влечения, что было усугублено в отношениях двух мужчин-воинов обстоятельством чуждости их культур и вообще состояния военной вражды между Японией и Великобританией.
Уже после первого показа "Табу" в Канне-2000 журналисты мгновенно атаковали режиссёра вопросами относительно разгадки последних сцен, на что умудрённый десятилетиями борьбы со всякими запретами Нагиса Осима ответствовал, что и сам того не знает. Понимайте, как хотите. И его картина получила самые разные трактовки, среди которых может показаться идеальной версия о том, что практически все самураи тайно или явно влюблены в прекрасного юношу, подобного Тадзио в "Смерти в Венеции" или больше напоминающего амбивалентного Гостя из "Теоремы". Тогда "Табу" представится произведением не о запретной любви между мужчинами, а о невписываемости самого понятия "любовь" в самурайский кодекс чести и весь способ бытования этой особой империи в империи, которая существовала ещё со средних веков.
Конечно, о разрушительной силе любви, так или иначе, говорят все поздние работы Нагисы Осимы – от "Корриды любви" до его единственной европейской ленты "Макс, моя любовь", которая почему-то была признана неудачей японского мастера. Но как раз в ней доведена до предела мысль о том, как человеческая и общественная среда воспринимают в качестве греховного, порочного, грязного и недопустимого любое проявление чувств, пусть лишь подозреваемое и вовсе не доказанное в доверительных взаимоотношениях женщины и обезьяны-самца.
Вот и прельщающий своим видом Содзабуро Кано – словно такой же симпатичный примат, перед которым никто не может устоять, а в оправдание своих одержимых желаний все готовы придумывать что угодно, вплоть до финального предположения Хидзикаты, что этот юноша – порождение дьявола, искушающего и его самого. И разве так уж важно, кто же есть Содзабуро и причастен ли он к совершённым убийствам? Тут фон значительнее героя, который выступает лишь в качестве катализатора процессов, становящихся необратимыми. А любовь всё равно оказывается призрачной в мире столкновения амбиций мужчин, которые борются за обладание властью в политике, на поле брани, в тесном коллективе соратников или на личном фронте покорения души и тела сексуального партнёра.
В ключевом эпизоде прохода отряда ополченцев по улице Киото автор "Табу" практически цитирует самого себя – вспомним, как в "Корриде любви" похожий момент шествия солдат вносит резкий обертон во вроде бы камерную историю, заранее придавая ей непостижимую обречённость. Только финальная привязка к реальному случаю, происшедшему в 1936 году, ретроспективно позволяет с полным правом сопоставить несопоставимое: крах иллюзий о тотальной любви двух людей и вступление Японии в пору военных экспансий, которая потом закончится окончательным крушением империи. А в "Табу" уже с начала заявлено конкретное время действия – 1865 год, канун поражения самурайских отрядов в борьбе с юным императором Мацухито, приход к власти которого ознаменует с 1868 года наступление эпохи Мэйдзи (то есть просвещённой монархии) – феодальная изоляционистская Япония отойдёт в прошлое, и на смену ей явится, проникнув с Запада, прагматичная капиталистическая система.
Сам режиссёр заявлял в интервью, что отчаянно красивый жест Хидзикаты в финале, когда тот срубает одним взмахом меча стоящую рядом сакуру, оказывается метафорическим образом неизбежного исхода самурайства. А при падении сражённых ниц империй, которые прежде существовали веками, никому не должно быть особого дела до упрямого выяснения обстоятельств, не было ли это прямым следствием разгула страстей, разврата и вырождения среди носителей гибнущей системы ценностей. Вот и отстранённый, как бы индифферентный взгляд наблюдателя, избранный Нагисой Осимой в "Табу", свидетельствует о стремлении творца так сказать о запретном, чтобы осталось ощущение, что мы ещё меньше понимаем случившееся, нежели в начале повествования. И тогда начинаем видеть вместе с ранее невозмутимым героем Такэси Китано (Хидзиката), что кругом – будто одни призраки, включая его самого.
2000

  • Загрузить программу для скачивания торрентов
  • Что такое magnet-ссылка

  • Поиск торрент раздач, пожалуйста подождите!



    0 комментариев

    Добавление комментария

    • Введите слова